Архив автора: SavaGe

Об авторе SavaGe

Ленивое чудо случайного взгляда...

Бикини

Стэнли, ты необыкновенный мужчина, несмотря на то, что ты храпишь, разговариваешь во сне, слишком быстро кончаешь и путаешься в именах женщин, которые побывали в твоей постели до меня. О Перл-Харборе ты рассказывал какой-то Жаклин. Но мне пока что все равно. Со вчерашнего дня ты просто мой знакомый. И это я тебя соблазнила, а не ты меня. Я отсосала у тебя в такси, потому что мне так захотелось. Повторила это в лифте, потому что снова мне так захотелось. А через минуту я сделаю это снова, потому что уже чувствую как зарождается во мне желание. Но ты вовсе не обязан звонить мне после всего этого. Ни сегодня ни завтра. Нам стоило встретиться уже хотя бы для того, чтобы я узнала, что есть на свете такие глаза, как у тебя.

Утром я сняла с Мефистотеля ошейник. Куплю ему новый. Этот слишком жесткий и жмет ему. Я засунула в конверт это письмо и перевязала его ошейником. Мефистотель обрадовался. Я поняла это по движению его хвоста. Он, наверное, не любит ошейников. Видимо как и ты. Я никогда не одену на тебя ошейник. Мужчины в ошейниках все равно не возвращаются к своим женщинам. А я хочу, чтобы ты возвращался. Ко мне. Будь свободным, но просыпайся утром рядом со мной. И совсем не обязательно в три или в четыре…..

Януш Леон Вишневскийлюбымые (261)

Научи меня жить…

клавиши1.«Не забыватьрисую крестики, чтобы помнить, пересеченье линийснова зерно в ладонивзглядом коснусь рукойи прочитаю кожеймне кажется деньэто ключ, а ночьсловно дверьтанцуют по струнам пальцы, дороги плетут….и ты говоришь «реальность«…а я отражаюсьждут забытые сныдороги аккорда простого — «ВЕРЬ«…а впрочемты веришь, знаю, гадаю не так, не тут….мне кажется звуки тают, как снег на ладонях дней….пароль дождей услышался, значит сердце само улыбнулось в стукмне сегодня случайно попала в рукипесня, смотри она на ладони….хочешь, она разбудит и в кроне, там высоко спрячется до темноты….» (с)

Плавное движение руки. Гладкость ног и шелковистость тела. Неспешно подтягиваю чулок, и поправляю платье. Любимая туалетная вода. Локон падает на плечо. Улыбаюсь.

Шпилька и длинное пальто. Иду туда, куда нельзя. Где запрет. Где страсть и обман. Где измена и боль. Ты открываешь дверь, и я чувствую, как по телу разливается приятная волна тепла и возбуждения. Твоя ироничная улыбка и ничего не значащее «Как дела то?». Этот приторный вкус ненавистного чая и вечное шоколадное печенье. Бессмысленные разговоры о моей работе, жизни в пару сотен километров от тебя. Твои рассказы о друзьях, увлеченьях и одиночестве. И ни слова о девушке. И о моем мужчине. Их не существует. В этот вечер точно. Медленно, как в фильме, снимаешь с меня платье. Ах, да…сегодня мы будем нежными…звериную страсть оставим до лучших времен…Неспешные движения, мой стон и глухой стук ножки дивана. Стекающая сперма по бедру и насмешливый взгляд. Глубокий поцелуй и негласное «оденься». Снова смех, чай и печенье. Плюс моя рука с безупречным маникюром и сигаретой. Потрясающий секс. Потрясающий мужчина. Не мой.

Каждый раз мозг разрывается от боли, от страха, что это – последний раз. Боишься, что-то не успеть сказать, сделать. И понимаешь – а говорить то нечего. Давно понимаем друг друга, просто посмотрев в глаза. От этого еще невыносимей. Я бы раскрыла тебе все, что знаю…но разве не поздно для сантиментов? Ненавижу, когда кто-то меня лечит. И…странное «пусто» разносится по воздуху. Хорошо? Это что, мне действительно хо-ро-шо? Вот так ломая пальцы и кривя ниточку рта во время разговора, наконец-то бросить легким пером фразу, не дававшую покоя столько времени…Мне пора.

Нелепая отсрочка, которая выдана мне моей же фразой. Нелепое ожидание, которое отмерено тебе за мое «нечто».

Как это там называется? Нужен перерыв? Остановка? Передышка?

Не задохнуться бы.

Тянешь руки, а я не верю. Уворачиваюсь, обвиняю, расправляю перья, утишаю, замираю и снова отдаляюсь.

Не хочу верить?

А так хочется одной фразой или лучше словом : Ушла. Читать далее

Нас больше…И нас по-иному уже не заставишь…

Нельзя ругаться матом.

Нельзя пить виски (а также все, что выше 15 градусов).любимые

Нельзя курить.

Нельзя целоваться на улицах.

Нельзя заниматься сексом нигде, кроме дома (и в машине тоже нельзя).

Нельзя первой скользить пальчиками дальше одежды.

Нельзя быть рядом с тем, кого не любишь.

Нельзя ходить в ночные клубы.

Нельзя совершать безумные и безрассудные поступки.

Нельзя быть непредсказуемой и сумасшедшей.

Нельзя.

Помните это….

А мы останемся такими….

С запахом табака от тонких пальцев… На нас будут оборачиваться на улицах и возмущённо качать головами… Мы будем с теми, кто… рядом (так проще, лучше)… Мы будем знакомиться в клубах, танцевать и влюбляться… и не оставлять телефонов…. Мы будем говорить: «Блядь»… Мы будем встречать рассвет на крышах…. Мы будем звонить ночью и шептать в трубку: «Я скучаю…», даже когда поймем, что все кончено…. Мы будем…

…Нас больше…И нас по-иному уже не заставишь…

Автор неизвестен

Разрушитель

001 (1) Он сидел напротив: молодой и довольный, уверенный в себе. Внезапно прорвавшийся в мою жизнь: «Зови меня Создатель». Мне было все равно, потому что я не собирался никого звать. Мое одиночество намертво приросло ко мне. Чужие лица – лишь камни в японском саду. И редкие камни желают со мной говорить.
Видя, как он поморщился, я не стал предлагать разделить со мной ужин. Пока я молча смотрел в тарелку, он рассматривал меня и ждал. Думаю, ждал моих вопросов, но он пришел ко мне – ему и начинать.
Дождался, пока отодвину опустевшую посуду, вытру грязной салфеткой губы и взгляну на него. В его годы я тоже достаточно часто не снимал с лица глупой улыбки.
— Меня зовут Создатель, — зачем-то повторил он.
— Иван.
Пауза затягивалась, но я никуда не торопился. В конце концов, глупая улыбка Создателя чуть дрогнула:
— Ваня, я не какой-то там создатель, я тот, кто сотворил этот мир.
Я не стал его поправлять, молодежь нынче совершенно не знает, как разговаривать со старшими, да мне все равно. Я лишь пододвинул к нему газету, старую, другой у меня не было, и ткнул пальцем в крупный заголовок:
— О каком мире ты говоришь?
— Я не то имел ввиду, — поморщился горе-создатель: — Мир, Cвет, жизнь, людей наконец! Понимаешь? Я — Создатель, Творец, Господь Бог, если угодно.
Попытка отыскать многовековую мудрость в глазах Создателя мне не удалась: обычные глаза молодого беззаботного студента. Ни больше, ни меньше. Но внешность часто бывает обманчива. Тем более зеркал.
— Допустим, — рука сама отыскала стакан. Чай давно уже остыл – сэкономлю на сахаре: — Чаю?
— Не отказался бы, да не могу.
Не знаю, заметил ли он в моих глазах вопрос или просто желал высказаться:
— Меня ведь здесь нет. Я — везде и я — нигде.
В дуэте с его улыбкой фраза прозвучала комично, но я понимающе кивнул. Не спеша вынул из холодного стакана ненужную ложечку и невидимым движением запустил в соседа. Ложечка громко звякнула о стену, затем, потише, об пол. У него получилось меня удивить.
— Как же ты позвонил в дверь?
— Я не звонил.
— Ну я же не сошел с ума.
— Как знать, — улыбка его стала веселой и задорной, как у удачно пошутившего мальчишки.
— Не сильно ли ты молод для создателя? – перевел я разговор, все еще надеясь вывести парня на чистую воду.
— В самый раз, — только усмехнулся тот: — Если ты хочешь деталей…
Я хотел.
Читать далее